Память Отцов Халкидона

29 июля (16 июля по старому стилю) Православная Церковь чтит память Отцов Четвёртого Вселенского Собора в Халкидоне, состоявшегося в 451 году.

Воспоминание Отцов Вселенских Соборов — всех вместе, первых шести, или каждого Собора в отдельности — это не личная память отдельных святых участников Соборов, но коллективное, весьма древнее, можно сказать, архаическое празднование. Это одна из исключительных особенностей святого Православия: Церковь хранит память не только о святых людях, но и о священных событиях своего кафолического бытия, в которых раскрывались её единство, вера и сознание самой себя.

Вспомним святого Августина (354–430) и его влияние на нашу цивилизацию — о том, что он считается одним из отцов современного понимания личности, времени и многих других важных категорий.

Например, это касается различения Церкви и государства, а также понимания Церкви как двойственного тела — одновременно Тела Христова и Тела Дьявола: земного, исторического тела, в котором раскрываются и разрушительная сила зла, и человеческая слабость. Все эти идеи оказали глубокое влияние на развитие христианской цивилизации.

Халкидонский Собор является, в определённом смысле, восточно-христианским аналогом Августина. Почему?

Во-первых, потому что он утвердил полноту человечества во Христе и тем самым дал фундаментальный импульс развитию и прогрессу всей человеческой цивилизации.

Во-вторых, потому что он сформировал систему патриархатов и определённое понимание церковного устройства, которое спустя столетия способствовало разделению христианского мира на католическую и православную традиции.

Сюда же относится и сложная история первенства Константинопольского Патриарха — постоянное стремление к первенству даже при отсутствии тех ресурсов, которые обычно связываются с таким положением.

Всё это также связано с Халкидоном.

Возможно, самым захватывающим и почти детективным аспектом всей этой истории является то, что в основании христологических решений Халкидона лежит богословие о Христе святого Августина.

Удивительно, что ни позднейшие Отцы Церкви, ни историки, ни богословы не знали об этой связи. Только в последнее время эта скрытая взаимосвязь начала раскрываться.

Когда-то у Альберта Швейцера (1875–1965) была интуиция об этом, но она так и не получила полного развития и исследования.

Это делает воспоминание особенно интересным: получается, что одновременно вспоминаются и Халкидон, и Августин — случайно ли это или благодаря более глубокой, таинственной и непостижимой связи.

Именно в этом заключается его великая и удивительная двойственность: один и тот же Собор стал источником огромного богословского вдохновения и одновременно причиной многих исторических последствий.